Сухомлинский о работе над словом


Для возрождения Украины, национальной свидо­мости народа, науки и культуры большое значен­ня имеет творческое имущество выдающихся педагогов и методистов.

Весомый вклад в развитие методики украинского языка сделал Василий Александрович Сухомлинский (1918—1970).

Педагог действительно народен, глубоко национален, Сухомлинский ареопаг всей разнообразности интересов и енцикло­педичности знаний был накануне единственно учителем украинского языка и литературы.

Главное предупреждение словесника, для его переконан­ням, — это воспитать у ребенка любовь к родному языку. Учитель должен исполнять родное вокабула основой духов­ного мира ребенка. Ведь сродник говор — видна-єдина для всю жизнь, потому нуждаться знать, беречь, обогащать ее. В своей действительный книжке В.Сухомлинский записывает: «Две рид­ни языки — это беспричинно же бессмысленно, если надрываться мы пытались представить, сколько одного ребенка родили две матери. У ребенка одна иметь. Родная. До смерти. До последнего вздоха». Этими словами главный гувернер выразил свое педаго­гичне кредо.

Методическое имущество В.Сухомлинского довольно ба­гатогранна и глубокая: он касается проблем форму­вання языковой культуры как учеников, беспричинно и вчителив-словесни­кив конкретных методических вопросов относительно разных мов­ленневих уровней.

Вся педагогическая деятельный ученого направлялась для то, воеже «животворный основание — изобилие родного языка — был открыт для детей из первых шагов ихне­го життя»1. Во многих его трудах («Слово сродник мо­ви», «Источник бессмертного колодца», «Родное слово», «Слово о слове», «На трех китах») находим вид­повиди для актуальных вопрос: как научить ребенка сприйма­ти, обнять вокабула и удачно извлекать его в ус­ному и письменному вещание.

Кто сердцем чувствует вокабула и может передать самые тонкие оттенки человеческой мысли и переживания, тот пиднима­еться для ступеньку высокой человеческой культуры. И навпа­ки, низкая языковая изготовление обедняет духовный спокойствие люди­ни. Из бойкий мысли и болтовня «началось становление лю­дини: мисль воплощенная в слово, подняла нас над приро­дой, над всеми вещами и явлениями, над эпохами и столит­тями. Слово впитало у себя самые тонкие порухи наших по­чуттив; в нем отметилась душа, обычаи, традиции, ра­дости и боли народа — непрерывно его духовные ценности, творе­ни веками».

Овладение культурой болтовня есть непременной переду­мовой успешной учебы и умственного развития дити­ни. Слово и мысль неразрывно связанные. Когда приверженец учится изъявлять мнение, он непременно вдоскона­люе и мышление. Выражение мысли словом дает знать думать в главный познаваемого.

Между тем мы нередко забываем о важнейшем источнике знаний — окружающей среде, вынуждаем детей зубрить, утоляя их мысль, забываем то, чего учили «емен­ский, Песталоцци, Ушинский.

Сухомлинский В. Вибрани произведения: В 5 т. — Т.н. — С.202. (Дальше цитируем для этим изданием.)

Сухомлинский советует водить детей к неисчерпаемому и непрерывно новому источнику знаний — в природу: в сад, в лес, для край реки, в поле. Обращать почтение для самые тонкие вид­тинки цветов, звуков, движений. Раскрыть детям человеческий работа как творчество. Все это должен отображаться в слове.

В Павлиский школе посвящались специальные уроки таким словам, как заря, вечер, степь, полет, река, дзюр-чить, мерцает, гремит...

Сухомлинский требовал посредством учеников кропотливой работы над словом, его значением и эмоциональным забарвлен­ням. Он отмечал то, сколько нюх к содержанию и красоте языка «производится тогда, если индивид понимает и чувствует игру слова: его внутреннее смысловое богатство, эмоциональная расцветка».

Красоту болтовня предпочтительно дозволено почувствовать в поэзии. За­хоплюючись стихотворением как песней, деть слышат музыку сло­ва, пронимаются самыми тонкими эмоциональными оттенками родного языка. Школьник получает большое наслаждение, повторю­ючи слова, которые запали ему в душу. Сухомлинский стремился, воеже деть чувствовали и переживали музыку пое­тичного слова. На лоне природы в те минуты, если хлоп­чики и девочки были очарованы красотой окружающего мира, он читал им стихотворения. «Однажды мы вышли в по­ле; накануне нами открылся любознательный картина для стал, в глиби­ни которого трепетало отражение ив. Я прочитал ди­тям строки из стихотворения Тараса Шевченко:

Тихесенько ветер веет

Степи, ланы мечтают

Между оврагами, над прудами

Ивы зеленеют...»

Деть повторяли для учителем, творячи бойкий сло­весний образ. Наслаждаясь красотой увиденного, на­магалися высказаться так, воеже зазвучала голос сло­ва. В такие минуты воротила ребенка пронимает поэтическое нат­хнення. Деть ищут и находят болтовня для висловлен­ня своих чувств, мыслей, переживаний. Растрогать дитя­че грудь — усматривается начинать исключая одно животворное дже­рело мысли. «Сила этого источника в том, — говорил Су­хомлинский, — сколько вокабула отбивает не единственно предмет, явление, дает им постановление в человеческом языке, все и воплощает глубоко личные восприятия, чувства, переживания».

В детстве отдельный индивид — поэт. Но гувернер подходяще замечал, сколько было надрываться наивным думать, как по­етичне вдохновение приходит как удивительный дар. Душу пробуждает смак прекрасное. Если это смак не ви­ховувати, приверженец останется безразличным к красоте приро­ди и слова. Поэтическое творчество — наивысшая разряд мов­ной культуры, которая выражает главный человеческой культуры. Педагог убеждал, сколько поэтическое творчество доступно каждому и не является привилегией предпочтительно одаренных, сколько она — такое же закономерное явление, как рисование, ведь рисуют все, из-за этого проходит отдельный ребенок. «Но поэтическое творчество становится обычным явлением в духов­ному жизни детей единственно тогда, если воспитатель открывает накануне детьми красоту окружающего мира и красоту слова. Как любовь к музыке запрещено воспитать без музыки, беспричинно и любовь к поэтическому творчеству запрещено воспитать без творчества».

Особенное почтение гувернер обращал для выразительность, пра­вильнисть языки. Юноши и девушки любят изъявлять приманка мнения в беседах с друзьями и, высказываясь, не­мовби прислушиваются к каждому слову, взвешивают йо­го полноту, содержательность, выразительность. В этом возрасте зрос­тае барыш к красоты слова, усиливается эмоциональная наси­ченисть языки.

Безграмотность, невыразительность языка, косноязычие гувернер приравнивал к невежеству: «...кожне слово имеет свое содержание, неумение выбрать нужное вокабула — то же, сколько взамен остро застроганного карандаша для уроке рисования использовать гвоздем...»

В.Сухомлинский учил детей ждать над сло­вом: сколько оно усматривается и если его лучше употреблять. Для этого уже в начальных классах ученики имели записную кни­жечку — «Словесную шкатулку». К ней записывали слова, которые казались интересными как непонятными. Вчи­тель после объяснял детям значения как эмоциональное за­барвлення слова. В «Словесную шкатулку» вмещались также обороты, фразы, предложения, которые понравились ученику.

Путешествию к источникам живого болтовня длятся и в пид­литковому возрасте все в годы юности. Творится деньги родного языка, а моментально проходит активный действие умственного, морального и эстетичного воспитания. Ад­же вокабула не единственно разворачивает понятийную систему, все и влияет для деятельный эмоциональной сферы мозга. «Я не представляю преподавания языка, — убеждал В.Сухомлин­ский, — без походов и экскурсий применительно родному краю, без созерцания картин природы, без проявления чувств в сло­вах. На берегу реки, в поле, у ночного костра, в ку­рени перед безглагольный рокот осеннего дождя я учу детей вислов­лювати мысль о том, сколько их окружает. Радуюсь, сколько моя лю­бов к слову передается детям, захватывает их мысли и чувства. Они чувствуют красоту, аромат, самые тонкие вид­тинки слова, творят приманка рассказы-миниатюры о при­роду, составляют стихотворения. Чувствительность к красоте болтовня — это силища сколько облагораживает духовный спокойствие дити­ни. В этой чувствительности единодержавно из источников человеческой культуры».

Большого значения предоставлял он ученическим произведениям, потому сколько «составление произведений — это общепедагогическая проб­лема, посредством решения которой зависит духовный розви­ток детей, изобилие их духовной жизни». В Павлиши с первых дней пребывания в школе детей учили ду­мати о том, сколько они видят, и говорить о то, сколько во­ни думают. Наблюдая явления природы, деть скла­дали произведения из натуры.

Творчество словом — это стратегический процесс, сколько акти­визуе умственную и психическую деятельный ребенка, «это ни с чем не зривнянний духовное состояние, у ребенка радостно дерется сердце, она чувствует прилив энергии, переживает горделивость творца».

Ученый доказывает, сколько писать произведения-миниатюры деть могут даже в пробел дошкольной подготовки, потому сколько восприятие окружающей среды в них довольно остро и активно. Са­ме детское мышление склонно к творчеству. Нужно водить учеников для край реки, пруда, вместе с ними наблюдать, как садится солнце для горизонт, видсвичуються разными бар­вами вода, полет, луга; помочь ребенку встречать потриб­не вокабула для высказывания мысли, построения фразы.

На протяжении учебного возраст ученики начальной школы писали применительно пять-шесть произведений из натуры, в 5—7-х классах — применительно семь-восемь, в 8—10-х — применительно три-четыре. Составлять произведения, применительно совету ученого, деть должны исключая в пробел дошкольной подготовки, а предпринимать обшивать их знак в третьей четверти первого возраст учебы. В 5—7-х классах даются темы, связанные с программными произведениями. В собственных работах школьники выражают приманка мнения, поза к жизни, к людям, к окружающего.

Хорошая осведомленность Сухомлинского с особенностями вещание учеников дала ему знать определить оптимальный разночтения творческих работ из языка. Вот некоторые темы произведений, сколько их писали ученики.

1-й класс. Школьный сад. Цветы близко школы. Вечерняя зо­ря. Первый весенний цветок. Сумерки. Рыбки .в аквариуме.

2-й класс. Лето и осень. Журавли в синем небе. ежик готовится накануне зимы. И перед снегом в лесу жизни. Как единица становится хли­бом. Ласковый ветерок 3-й класс. Восток солнышка. Осень в саду. Как работают пчелы. Осенние цветы. Первый снег. Радуга. Мой щенок. Вес­няний дождь.

4-й класс. Пруд и река (сравнение). Когда починаеть­ся осень. Солнечная опушка в лесу. Что посеешь, то и пожнешь. Як­би я стал невидимкой... Каким человеком я хочу стать. Куда улетают аисты.

5-й класс. Утренняя и вечерняя заря. За окном осенний дождь. Багряный закат солнца. На сеножати. Первый осенний замо­розок. Птицы улетают в теплые края. Вечер в лесу. Аисты. Для че­го индивид живет в мире. Друзей познают в беде. Мир посредством каплю воды.

6-й класс. Под лежащий галька вода не течет (произведение для пословицей). Какой индивид является для меня примером. Каких коле­рив и оттенки приобретают листья, которые опадают. Как изменяется поле поздней осени. В лесу зимой. Весенние ручьи. Произведение для картиной А.Куинджи «Украинская ночь». Можно ли обнаружить стойкость, муж­нисть в мирное время. Что для человека дороже единственно в жизни.

7-й класс. День «бабьего лета». Зимний день в лесу. Степь осенью. Вечерняя заря зимнего дня. Произведение для картиной-портретом О.Венецианова «Девушка с васильками». Мои мысли о людях, которые погибли для свободу и независимость своей бать­кивщини. Шила в мешке не спрячешь. Куй железо, пока горячо (произведения для пословицами). Для чего нам пьтрибни знание. Пусть отроду не довольно войны.

8-й класс. Радуга. Цветут яблони. Лунная ночь для Днип­ри. Жаворонок в голубом небе. Как растет трава. На кого я хочу быть похожим. Мой дорогой деятель в художественной литерату­ри и в жизни.

9-й класс. Осень в саду. Солнечный дымовой день. Памятный день моего детства. В чем счастье. Произведение для карти­ной А.Куинджи «Березовая роща». На кого я равняюсь в жизни (мой идеал).

10-й класс. Береги почтение смолоду. Что я люблю и сколько я ненавижу. Весенние капли. Соловьи у рощи. Первый день жатв. Степь летнего дня. Летнее утро. Произведение для картиной В.Се-рова «Девушка с персиками». Птицы улетают в теплые края.

Письменным произведениям Василий Александрович предоставлял особенного значения, поскольку они являются не единственно засо­бом проверками практических умений и навыков из языка, все и орудиями, с посредством которых гувернер формирует эти умения и навыки, возбуждает барыш к языку как навчаль­ного предмету.

В.Сухомлинский советовал извлекать такое эффективное лекарство учебы, как модель письменного тво­ру. Пусть это довольно «полнометражное» плод как твир-миниатю­ра — не главный важно. Василий Александрович прежде вместе с детьми составлял произведение, помогал создать образ, сформулировать мысль, развернуть сюжет, а после зао­хочував их к творчеству готовыми образцами. Таких пей­зажних этюдов у павлиского учителя было весьма бага­то.

Довершало систему ученического творчества вироб­лення индивидуального стиля. Этому способствуют по-пер­ше, хорошо осознан словарь; во-вторых, сформова­не смак слова, гений весь воспроизвести языковую си­туацию; в-третьих, осознание того, сколько то же воззрение дозволено выразить по-разному. Творчеству надо вчи­ти — это стойкое вера выдающегося педагога для ос­нови богатого учительского опыта.

Особенное дорога Сухомлинский отводил збагачен­ню словарного запаса учеников. Для «Школы радости» он составил меню слов родного языка, сколько их деть должны за­пам’ятати. Казна родного языка начиналась с най­простиших рисунков к словам иметь, отец, бабушка, ди­дусь, сестра, брат, лес, пруд, дуб, луг, берег.

Овладение родным языком определяет богатство, ши­роту интеллектуальных и эстетичных взглядов особистос­ти, а потому ориенталист требовал, воеже учителя всех предметов обогащали активный, словарный запас детей, учили их думать, использовать внутреннему вещание, правиль­но передавать приманка мнения устно и для письме.

Научить правильно говорить — это одна из ланок нав­чально-виховной работы, посредством успеха которой в большой мере зависит духовная живот человека.

Сухомлинский считал, сколько заинтересованность учеников рид­ной языком спрятана в первую очередь в самом языке. Следует единственно по-настоящему раскрыть ее красоту. Он вовсе не по­годжувався с мыслью, как говор принадлежит к «сухим» учебным предметам. «Засушивают» ее бездарные учителя своими примитивными уроками, безразличием к родному слову и детям. У таких учителей горя высота грамотности и языковой культуры их учеников, как правило, низкий; уч­ни пренебрежительно относятся к родному языку, не знают ни одного ученого-языковеда, ни одного стихотворения о родном языке. В связи с этим заслуживает для почтение поза ученого относительно кляузы учителя родного языка. «Выкладывать сей кошт должны самые способные и самые талантливые. Потому сколько это не грубый передача знаний, практических умений, навыков. Это накануне единственно воспитание. Преподавание языка — это майс­тернисть работа человеческой души, потому сколько оно есть самым тонким, самым нежным диткненням к сердцу человека. Преподавание языка — человековедение, потому сколько в слове совмещаются дум­ки, чувство, поза людей ко всему окружающему миру».

Творческое осмысление наследства выдающегося украинско­го педагога и методиста обогащает испытание работы над словом для уроках украинского языка. Углубляясь в его советы, пожелания, убеждаешься, сколько лучшей ме­тодики учеба родного языка, как у Василия Олександро­вича Сухомлинского, в сущности, в настоящее пробел нет. Стоит единственно учителям овладеть ею и умело извлекать для прак­тици.