Европейский фондовый базар в интервал глобализации


Глобализацийни процессы, которые не начальный количественно, один и качественно изменяют систему международных экономических отношений, заметно влияют для радикальную смену инфраструк­тури европейского фондового рынка. Переплетаясь из внутриевропейскими интегра­цийними процессами, они ведут к созданию специфической ситуации. Похоже, сколько помаленьку возобновляется финансовое равновесие между Старым и Новым Миром. Причем копия происходит не столько впоследствии счет послабления позиций заокеанских финансистов, сколько в результате повышения возможностей их европейских конкурентов. Три типа институционных инвесторов (инвестиционные и взаимные фонды, пенсионные фонды и страховые компании) находят серьезную финансовую поддержку в лице частных инвесторов. В Европе в настоящее сезон весь больше людей, у которых есть «лишние» аржаны и которые готовы рискнуть ими для того, воеже случаться вдругорядь богаче. Количество миллионеров в Европе – это больше 2,2 млн. людей (из 7 млн. сообразно всему свету), и для западную раздел континента приходится четверть вследствие всех индивидуальных инвестиционных фондов, размером вследствие 1 млн. долларов США. Наличие свободных денежных средств предопределено не едва высокой прибыльностью западноевропейских корпораций и банков. Заметную занятие в этом играет дело ликвидации (продажа) семейных предприятий представителями нового поколения (в Германии его называют erbengeneration, то есть «поколение наследников», которые считают, сколько главный вложить унаследованные аржаны в непричастный бизнес, взамен того, воеже самим делать таким кропотливым делом, будто корпоративный менеджмент. Обратным боком этого процесса является беспрецедентный барыш наибольших инвесторов к акциям частных компаний, которые не котируются для биржах (private equity), в первый единожды отмеченный из тридцатых годов прошлого столетия, о чем передавать диатриба в отчете британской правительственной комиссии Минерса (Myners report). В некоторых европейских странах, наипаче в Германии, сей барыш всеобщий с другими факторами даже привел к отказу компаний вследствие биржевой котировки своих акций. «Мы видим весь больше случаев перехода компаний из разряда публичных в частных и отказы вследствие листинга, – отмечает один из немецких экспертов. – Это началось с семейного бизнеса, один большие конгломераты также розпродують подразделы, включенные в листинг». Согласно данным Центра исследования выкупа компаний менеджерами (Centre for Management Buy-out Research), сколько существует быть Ноттингемскому университете (University of Nottingham), в 1999 г. в континентальной Европе установлено 27 случаев «делистингу» компаний, рыночная такса которых составляла более чем 3,8 млрд. дол.[1]

Все это способствовало потому, сколько барыш фондовых рынков, поддерживаемый новым спросом (названным фондовиками «стеной денег» – wall of money), для богатом европейском Западе достигает двусмысленных цифр в годовом вычислении. Трудные времена, предопределенные азиатско-российским кризисом в 1998 г. и усиленные крахом в Великобритании гигантского инвестиционного фонда Long Term Capital Management, в настоящее сезон уже давняя история.

Подъем экономики в Европе (не будем забывать, сколько относительная истома евро объясняется не плохим состоянием дел в странах ЕС, а тем, сколько в США они начальный идут вдругорядь лучший) привел к тому, сколько с вследствие традиционных источников уже отпирательство удовлетворить нужда в капитале больших захидно­европейских корпораций. Поэтому такие компании не желают больше пробавляться услугами национальных банковских систем: ведь видимоневидимо корпораций имеют кредитные рейтинги, которые дают мочь пленять более дешевые финансовые ресурсы с вследствие эмиссии ценных бумаг. И естественно, сколько они направляют индивидуальный взгляд для ликвидниши рынки капитала и интересуются сокращением расходов быть осуществлении подобных операций. Новые возможности для фондового рынка, предопределенные ростом спроса со стороны эмитентов и увеличением бюро впоследствии счет интеграции национальных рынков стран ЕС, одновременно с наличием конкуренции в результате открытости и глобализации прибавили большой корень его развитию. При этом характерным является не один количественный барыш объемов операций, которые заключаются, один и качественные изменения их структуры. На смену доминированию инвестиций в государственные и корпоративные облигации (какие в конце 1999 г. составляли 55% вследствие всех вложений) приходят вложения в корпоративные акции[2]. Причем это желание отдельных национальных и мирового рынков. Уже в 1999 г. для глобальном рынке акций объемы вторичной торговли увеличились для 48%. Международные эмиссии акций в Европе также увеличились впоследствии сей год для 66%, досягнуши около 83 млрд. дол., то есть больше половины мировой эмиссии[3]. Одиннадцать стран ЕС в настоящее сезон взаимно обмениваются правительственными облигациями и, таким образом, их система образует грядущий впоследствии размерами базар государственных ценных бумаг (после рынка облигаций Казначейства США). Теперь четко начерчивается желание к созданию чего-то подобного и для рынке европейских акций, и именно в русле этой тенденции нуждаться испытывать маршрут объединения отдельных фондовых бирж. В первую очередь передавать диатриба о двоих важнейшие из них: в Лондоне и Франкфурте. И если Лондонская фондовая биржа, расположенная в душа Сети, является наибольшей в Европе, то считают, сколько Немецкая биржа более найпрогресивнише развивается. Нужно отметить, сколько занятие корпоративными правами имеет в Европе многовековую традицию. В Парижской бирже сохраняется информация о том, сколько вдругорядь в 1250 г. неизвестный борошномельний концерн Societe des Moulins du Bazacle выпустил для базар 96 долей в форме сертификатов собственности в компании для их продажи «по цене, которая изменяется в зависимости вследствие экономических условий и того, насколько хорошо если плохо работают мельницы». Поэтому сомнительно ли можно вменять случайным порядок европейцев к сбережениям в форме акций, тем более, сколько подобная любовь выручала многих даже в интервал гиперинфляции двадцатых годов прошлого столетия. А в настоящее сезон «культ акций» (equity cult), отличительный для англо-саксонских инвесторов, довольно резво превращается в своеобразную общеевропейскую религию. Своим появлением сей «культ» должен Дж. Губе (G. Goobey), тогдашнему главе пенсионного фонда Imperial Tobacco, какой непременно заявил лет пятьдесят потому, сколько диверсификация средств фонда в акции не является рискованной. В итоге большинство британских пенсионных фондов размещают ныне в акции прежде 75–80 % своих средств. Теперь такие подходы становятся нормой и для других европейских стран. К тем, который был прежде благосклонным к этому культу: Великобритании, Голландии и Швеции, присоединилась новая масть «преобразованных», возглавляемая Францией, Германией и Италией. Кроме пенсионных, в игру вступили и общие инвестиционные фонды (mutual funds). В Германии, например, впоследствии три последних возраст прошлого века это привело к заметному увеличению количества инвесторов в акции корпораций с 8,2 прежде 11,3 млн. чел. (то есть 18% взрослого населения). Следовательно, происходит желание роста инвестиций в акции (да, если в 1996 г. в акции европейцы вложили возле 1,9 трлн. евро, то в конце 1999 р.– 3,6 трлн. евро если 3,4 трлн. дол.) быть росте обратной тенденции относительно инвестиций в облигации (какие уменьшились из 1,3 трлн. евро в 1996 г. к менее чем 1,1 трлн. евро в 1999 г.). За расчетами специалистов американского банка JP Morgan, в ближайших годы эта желание один усилится и можно ожидать, сколько в 2004 г. вложения в облигации упадут ниже одного триллиона евро, а в акции – достигнут величины в 6,3 трлн. евро. Преимущественно это довольно достигнуто впоследствии счет увеличения инвестиций в акции со стороны общих фондов: из 2 трлн. в 1999 г. прежде 4 трлн. в 2004 г.[4] Что состоится вследствие скольконибудь лет, временно немногие рискуют предусматривать. Дело в книга сколько впоследствии 2010 г. небывалое многочисленное племя дежурного периода прыжка рождаемости (так называемую baby boomers) муситиме обратиться к сбережениям для того, воеже исполнять приманка долгосрочные вложения. В какие активы они будут направлены – предвидеть в действительный момент более чем сложно. Вероятно, сколько значительную занятие в этом довольно проказить обычай частных пенсионных фондов. Увеличение продолжительности жизни для фоне падения рождаемости может привести к увеличению частицы пенсионеров (население в возрасте впоследствии 65 г.) из нынешних 16% прежде 25% уже в 2030 г. и около прежде 30% к середине века. Поэтому очевидное удвоение роли именно частных пенсионных фондов, которые будут должны турботуватися неестественный обеспечении безбедной старости. Ведь это вопрос становится весь непосильнишим даже для богатых европейских государств, которые выплачивают 75% всех пенсий (сравнительно с 40% аналогичным показателем в США)[5]. По делу обеспечения своей старости граждане Европы, сообразно мнению Джо Грано (Joe Grano), руководителя американской инвестиционной компании Paine Webber, приобретенной намедни швейцарским банком UBS, повинные больше верить для собственные силы, будто это делают в США, где обыкновенный дело начался гораздо раньше. И Европа, будто он считает, уже двигается вследствие системы обеспечения своих пристарилих граждан пенсиями к механизму их обеспечения впоследствии счет прибылей вследствие ценных бумаг.

Активизация «розничных инвесторов», которые чувствуют себя вдругорядь мало уверенно в новой роли и отдают право таким гораздо защищенным формам инвестиций, будто вложение в общие фонды если конвертированы акции, имеет своим результатом вдругорядь одно явление. Качественное развитие фондового рынка гораздо предопределяется расширением объемов и спектра операций с «производными инструментами» – деривативами (derivatives), к которым многократно удаются разные инвестиционные фонды и компании с целью диверсификации своих рисков. Существенным фактором, какой повлиял для это, стал также бум высокотехнологичных компаний, какой докатился с США к Западной Европе. Вложение в их корпоративные бумаги впрочем есть делом не один прибыльной, один и довольно рискованной. Поэтому неизвестный из инвесторов стали обеспечивать эти вложения с вследствие разных деривативив, почему способствует широкое использование быть эмиссии акций таких компаний выпуска ценных бумаг с «замороженным» сроком их перепродажи (lock-ins stocks).

Деривативы не являются привычным товаром, один их такса «производная» вследствие других рыночных инструментов: вследствие процентных ставок к правительственным облигациям, валютам и кредитам. Хотя некоторые биржи допускают торговлю деривативами для своих площадках, весь большее распространение получает внебиржевая занятие деривативами (over-the-counter derivatives). Пример такой системы – доктрина Londex. Как серьезный партнер для нее создана доктрина Swapswire, между основателей которой всеобщий с наибольшими американскими инвестиционными компаниями выступили европейские партнеры: немецкий Deutsche Bank, швейцарские UBS Warburg и CS First Boston, а также французский BNP Paribas. В пределах этой системы Лондонская клиринговая парламент (London Clearing House) довольно делать будто центральный агент в процессе торговли для таких площадках, будто Международная биржа финансовых фьючерсов (International Financial Futures Exchange-liffe), Лондонская биржа металлов (London Metal Exchange) и Международная нефтяная биржа (International Petroleum Exchange). Возможно, сколько к сфере ее деятельности будут включены расчетные системы Euronext и Tradepoint, а также французские рынки фьючерсов (Marif) и опционов (Monep). В этом случае она превратится в наибольшего в Европе ЦКА. В систему подобного клиринга уже вовлечены пять банков, между которых такие европейские гиганты, будто итальянский IMI, а также британский впоследствии своей «пропиской», один международный впоследствии сутью HSBC. Наличие центрального контрагента (ЦКА) для расчетов впоследствии операциями с деривативами в Европе не новинка, в награда вследствие расчетов из торговли акциями и другими ценными бумагами. Система центрального контрагента значит, сколько партнеры должны воздавать не направлению, а с клиринговой палатой и следовательно, торговцам незачем избегать о кредитоспособности своих контрагентов. Естественно, сколько чем больше довольно рынков, которые используют конструкция центрального контрагента, тем более пользователей смогут начинать позиции для разных рынках и таким образом обеспечить экономию страхового капитала, какой резервируется в отношениях с каждым торговцем. Основными преимуществами такой концепции, исключая экономии капитала, есть операционная эффективность и удвоение размеров кредитных линий.

Развитие рынка деривативив, созданных не в последнюю очередь для того, воеже обижать существующие ограничения впоследствии операциями с ценными бумагами, выдвигает вопрос о порядке его регуляции. Проблема будто регулировать базар деривативив заостряется спорами о том, нуждаться ли он всеобщий регулировать. Голоса, которые призывали к усилению если введению хоть какой-то регуляции, звучали громче в момент кризиса, например, для фоне краха фонда хеджа Long Term Capital Management, проблем с банком Sumitomo если российского кризиса. Ведь каждый из них связан с непредвиденными обстоятельствами если начальный некомпетентностью участников рынка (например в случае с крахом британского банка Barings). Поэтому это вопрос регулятивных органов один мира. Базельский бюро и Конгресс США, и сами участники рынка резво обсуждают вопрос о соотношении капитала и застал. В свою очередь бюро сообразно фондовому рынку США (US Securities Commission) и британское Агентство финансовых услуг (Financial Services Authority) продолжают довольно жесткую регуляцию этой сферы. Однако природа этой регуляции испытывает значительные изменения сообразно мере внедрения разных технологических новостей. Заместитель председателя Банка Англии Д. Клементи (David Clementi, deputy governor) отметил: «В мире, где немецкий промышленник может торговать для бирже в Лондоне с партнером из США, какой использует французского технологического провайдера и бельгийского расчетного агента, вопрос о том, будто таиться уверенным в том, сколько всеми участниками процессу эффективно регулируют, является довольно сложным»[6].

Дискуссия о необходимости и возможности регуляции рынка деривативив в настоящее сезон осложнилась вследствие бюро унификации и централизации регуляции западноевропейского рынка ценных бумаг в целом. Это бюро известного банкира (прежнего руководителя Банка международных расчетов и бельгийского центробанка) барона А. Ламфелузи (А. Lamfa­lussy), какой подготовил с группой экспертов индивидуальный первый доклад для данную тему вдругорядь в ноябре в 2000 г. Тогда он указал для наличие складностей в Европейской регуляторной системе и предложил подготовить небывалое законодательство сообразно этим вопросам. В частности шла диатриба о необходимости модернизации системы регуляции финансовых рынков, создания открытого и прозрачного европейского рынка ценных бумаг общеевропейских финансовых продуктов, обеспечение необходимого уровня защиты потребителей таких продуктов и тому подобное.

В следующем отчете, опубликованном в феврале в 2001 г., были уже конкретные бюро относительно создания могучей Комиссии ЕС из ценных бумаг, что, сообразно мнению авторов, полагается было создать реальные возможности обеспечения конкурентоспособности европейского рынка капитала в его соревновании с заокеанскими коллегами. Это, однако, не отрицает необходимость создания с учетом мысли практиков и принципиально новых национальных органов контроля и надзора впоследствии фондовым рынком, поскольку, сообразно мнению А. Ламфелузи, имущество интеграции регуляции Европейского финансового рынка – это «странный коктейль кафкианской нетолковости, которая никому не служит»[7]. Однако предложенная бароном 4-уровневая доктрина принятия решений сообразно вопросам функционирования фондового рынка в пределах ЕС также перевелись простоя: ни для понимания, ни для быстрого внедрения. А внедрить ее предлагают уже прежде марта в 2004 г.

Постоянно влиятельный причина развития европейского фондового рынка – это весь более назойливое суд заокеанских конкурентов, которые массово переходят вследствие принципа «мыслить локально, делать глобально» (think local, act global) уже и к глобальному мышлению. В условиях, если американские инвестиционные банки и компании функционируют, охватывая своими операциями зараз всю Европу, с ними крайне трудно соискать европейцам, которые, будто и раньше, концентрируют свое забота наипаче для внутренних рынках. В последние годы европейские лидеры инвестиционного бизнеса нарастили приманка «мышцы» впоследствии счет более мелких, один крайне активных и опытных американских банков и компаний. Да, Deutsche Bank в июне в 1999 г. выплатил 10 млрд. долларов впоследствии нью-йоркский Bankers Trust, сколько контролирует межбанковский базар инвестиционных операций. Немного позже было объявлено о намерении объединения с тремя инвестиционными домами группы Lazard для глобализации своих операций. Credit Suisse First Boston – CSFB, сколько прежде вышел для инвестиционный базар впоследствии счет приобретения известного бостонского банка, приобрел в прошлом году в США брокерскую компанию Donaldson, Lufkin & Jenrette. Другой швейцарский банк – Union Bank of Switzerland UBS, сколько прежде прикупил инвестиционный британский банк Warburg, летом в 2000 г. подтвердил приманка ожидание инвестиционной специализации приобретениям одной из наибольших американских инвестиционных компаний Paine Webber. Однако даже эти европейские «тяжелоатлеты» (по-видимому, исключая CSFB) не могут уравняться с американскими «гигантами» (jumbos), тройкой инвестиционных банков-трильйонерив (по размеру операций, которые осуществляются) – Goldman Sachs, Morgan Stanley Dean Witter и Merrill Lynch.

Кроме этого, в поход для американский базар «за товаром» вслед впоследствии лидерами отправились и другие европейские финансовые учреждения. Они стремятся из-за океана не один переманивать к себе высококвалифицированных специалистов, один и получать большие компании – инвестиционные менеджеры. Как пример, можно вспомнить о некоторых приобретениях американских компаний со стороны европейских банковских и страховых групп: Pimco и Nicholas–applegate немецкой группой Allianz, Pioneer – итальянской Unicredito Italiano, Nvest – французскими Caisse des Depots, United Assets Management – британским Old Mutual, Alleghany Assets Management – голландским банком ABN Amro.

Американские конкуренты понимают, сколько вскоре довольно острая борьба быть именно впоследствии европейского инвестора, и потому предпринимают соответствующие шаги. Примером такого поведения является доход инвестиционным банком Morgan Stanley британского руководителя фондами Quilter и испанской брокерской компании AB Asesores.

Много банков, между которых следует вспомнить немецкий Dresdner Bank и французский Societe Generale, считают, сколько следует не один наращивать размеры (полностью обоснованно считая, сколько американцев все-одно уже не догнать), один и искать новую стратегию своего поведения для рынке. Например, специа­лизуватися для обслуживании не один больших корпораций, один и многих средних семейных компаний, характерных для Европы. Инвестиционные менеджеры (банки и специализированы компании) весь чаще обращают профессиональное забота для инвесторов с ликвидными средствами в пределах 100–500 тыс. дол., робота с которыми вдругорядь прежде недавнего времени считалась нерентабельной. Особенный барыш к ним обнаружил тандем инвестиционной компании Merrill Lynch вместе с Гонконго-шанхайською банковской корпорацией (HSBC).

Все основные европейские фондовые биржи хотели желание заключать акции ведущих европейских компаний в своем листинге. Понимание того, сколько в этой борьбе довольно намного больше тех, которые проиграли, чем победителей, вынуждает задуматься не один над усилением конкуренции, и наоборот, над консолидацией усилий. Как отметил безропотно глава Европейского фондового форума П. Кент (P. Kent executive chairman, European Securities Forum): «Биржи везде огромны и крайне важные, но, находясь перед угрозой, они группируются для защиты»[8]. Длилась концентрация капиталов и глобализация деловой активности приводят к развитию аналогичных процессов и в сфере организации оборота ценных бумаг. Интернационализация институтов фондового рынка – это логический ответ для длящуюся в выступка скольконибудь десятилетий интернационализацию корпоративного сектору. Транснациональные компании весь становятся больше не столько исключением, сколько нормой. А характерные для последних лет большие примирение и поглощение едва подчеркивают сей факт. «Слияние уничтожило значение национальных границ, – говорит Том Надбилни (Tom Nadbielny), глава исследовательской группы в Salomom Smith Barney. – Много компаний отпирательство больше идентифицировать впоследствии флагом их страны, а едва впоследствии их отраслью»[9]. В таких условиях, сообразно словам одного из руководителей Лондонской фондовой биржи, «рынок начальный вопит о необходимости консолидации фондовых бирж»[10]. Значительным событием интеграции фондовых рынков Европы можно вменять заявление, сделанное в июле в 1998 г. фондовыми биржами Лондона (London Stock Exchange) и Франкфурта (Deutsche Borse), сколько свидетельствует неестественный их намерении построить «единственный европейский фондовый базар для единственного европейского рынка». Такое примирение двух ведущих европейских бирж может привести к созданию такой большой структуры, где довольно сосредоточена возле половины европейской капитализации: ведь в Лондоне котируется близко трети вследствие 300 основных европейских акций и вдругорядь 12% «сливок» сосредоточены во Франкфурте. Значительным является не один мысль – весь логическое продолжение идеи создания единственного европейского валютного рынка, один и выступка его реализации, которая отображает всю следствие интеграционных процессов в современной Европе.

Важно то, сколько англо-немецкая вступление не осталась вне поля зрения других биржевиков, которые также взялись делать альтернативные альянсы. Ведь около весь европейские рынки гораздо более современны и более эффективные против с американскими, почему способствуют такие факторы, будто введение единственной европейской валюты, расширения практики приватизации, масть паневропейского слияния и объединения, а также удвоение количества мелких («розничных») инвесторов. Все эти факторы способствуют интеграции европейских финансовых рынков. Да, в сентябре в 1999 г. руководители восьми ведущих европейских фондовых бирж объявили о плане произведение прежде ноября в 2000 г. единственной паневропейской торговой системы – общей электронной «площадки» для 300–400 «голубых фишек» (blue chips), которые торгуют в настоящее сезон для разных национальных рынках. Это означало откровенный клич мировому лидеру – Нью-йоркской фондовой бирже. Вскоре непредвиденные (хотя и частично предусмотренные) сложности трансформировали сей маршрут в выработку единственных стандартов операционной деятельности. «Задание альянсу изменилось, – объяснил М. Капуано (M. Capuano), вожак Миланской биржи (CEO of Milan‘s Borsa Italiana). – Мы в действительный момент работаем в направлении стандартизации рыночной модели торговли, а впоследствии перейдем к другим вопросам, таким, например, будто расчеты»[11]. Параллельно руководители едва трех бирж, – Амстердамской, Брюссельской и Парижской, – в марте в 2000 г. провозгласили примирение своих бирж в «первую Европейскую биржу» – Euronext. В книга же месяце коалиция институционных инвесторов, которая включает Barclays Global Investors и Merrill Lynch Mercury Asset Management, внедрили общую систему расчетов E-crossnet. Независимо вследствие них другие большие компании – американский инвестиционный банк Morgan Stanley Dean Witter и шведская технологическая коалиция OM Gruppen – начали делать электронную биржу розничной торговли Jiway.

Участники Лондонско-франкфуртского альянса продолжали болтаться вперед. Следующий остановка для их пути – оказалось акционирование и коммерциализация принципов деятельности. Через 200 г. своего существования ЛФБ превратили из объединения участников в акционерное общество. В марте в 2000 г. о проведении акционирования и первичного публичного бюро своих акций (initial public offer – IPO) объявила и Немецкая биржа. Таким образом, была подтверждена тенденция, которая заключается в отходе вследствие принципа создания бирж будто учреждений общего владения (этот дело получил ответ «демючиализации» – «demutualisation») и превращения их в акционерные общества, ориентированные для получение прибыли (то есть коммерциализация их деятельности). За некоторыми оценками, уже прежде конца 2003 г. возле 80% бирж пройдут вследствие сей процесс. (Очевидно, сколько и клиринговые палаццо таких бирж должны таиться ориентированы для получение прибыли).

В августе в 2000 г. события возле объединения бирж вдругорядь активизировались. Когда уже упомянутая выше шведская OM Gruppen начала процедуру «враждебного» (hostile take-over) поглощения ЛФБ, это известило о вступление зрелище впоследствии новыми правилами. Эта поползновение провалилась, один нынче поглощение одной биржи другим не считается единственным возможным вариантом их консолидации. Тем более, сколько сама шведская коалиция в конце мая в 2001 г. объявила о повторной, один в сей единожды «дружественную» попытку поглощения Лондонской биржи. Не теряют сезон и во Франкфурте. В конце мая в 2001 г. всеобщий с Eurex франкфуртские биржевики предприняли грядущий новаторский шаг, предложив объединиться с компанией Dow Jones для того, воеже удовлетворить нужда объединенного европейского рынка в новом универсальном индексе, какой преодолеет ограниченность национальных индексов (таких, например, будто британский FTSE 100-»footsie» если немецкий DAX). Судя сообразно всему, клиринговая доктрина Clearstrem также довольно вовлечена в обыкновенный проект. Нельзя не заметить, сколько масть слияния фондовых бирж в Европе начинается в результате развития альтернативных торговых систем, которое дошло прежде Европы из Америки. Используя неэффективность рыночной структуры бирж и абсентеизм у них единственного пула ликвидности, их весь больше вытесняют такие электронные коммуникационные системы – ЕКС (electronic communications networks-ecns), будто Island если Archipelago, которые уже обратились в Комиссию США относительно ценных бумаг и бирж с просьбой предоставить им статус фондовых бирж. (Учитывая, сколько вследствие ЕКС в действительный момент осуществляются около 30% операций для таких биржах, будто NYSE и Nasdaq, их просьбу всесторонне можно удовлетворить. Хотя, конечно, вопрос такого решения объясняется никоим образом не недостаточным объемом операций, а довольно их осуществления. Ведь внимательный прецедент, в сущности, может привести к уравниванию прав торговли для организованных площадках с интернетскими новациями). В США большинство инвестиционных банков поддерживают 11 отдельных ЕКС, один наибольшие институционные инвесторы, а также фирмы, которые ориентируются для мелких и розничных клиентов, выступают впоследствии произведение в стране централизованной торговой системы. В Европе, фондовый базар которой развивается впоследствии своими законами, наблюдается бум в создании систем, ориентированных для обслуживание высокотехнологичных и резво растущих компаний (представителей «новой экономики»): Easdaq, the Neuer Markt, Euro. NM, techmark. Наибольшим потенциалом между них владеет в настоящее время, по-видимому, Tradepoint. Конечно, они предлагают двойной листинг (dual listing), какой означает мочь котировки в таких системах своих акций компаниями, которые уже прошли листинг для организованном рынке Европы, США если Израиля. Это повышает их конкурентную мочь и убыстряет интеграцию к общеевропейскому фондовому рынку. Но особенных волнений между традиционных организаторов торговли временно вдругорядь не наблюдается. Да, глава Немецкой биржи отметил сообразно этому поводу: «.я не вижу ни один способ, воеже любые ЕКС если новая биржа похитили даже 5% нашего основного рынка из торговли акциями «голубых фишек»[12]. Хотя в среде ЕКС существует вера в том, сколько консолидация неминуема. Как подчеркнул К. Педдер, безропотно атаман Easdaq (C. Pedder, Easdaq executive vice-president): «Я сам верю, сколько не позже, чем вследствие 10 лет, довольно быть единственная доминирующая паневропейская биржевая структура»[13].

Невзирая для свою мнимую логичность, дело объединения «мегабирж» начал пробуксовувати. Эксперты объясняют это тем, сколько оно не обещает снижения расходов для клиентов, потому сколько не предусматривает использования более дешевые против с существующими в настоящее сезон альтернативных механизмов расчетов. Стоит отметить, сколько конструкция расчетов для фондовом рынке существенно отличается вследствие принятого в других сегментах (скажем валютному) того же финансового рынка. Если всеобщий рыночный закон свидетельствует «платы и забирай» (pay and carry out), то для фондовом рынке вследствие ряд причин, испытание которых выходит впоследствии пределы данной статьи, действует закон «покупай в действительный момент, платы потом» (buy now, pay later). Для подобных расчетов используют одну из трех самых распространенных в мире моделей.

Главный элемент модели 1 – передача инструкций будто относительно перевода ценных бумаг (ЦП), беспричинно и денег для основе информации о каждой операции (trade-by-trade gross basis) и конечном переводе ЦП, какой осуществляется одновременно с переводом денег.

Модель 2 предусматривает передачу инструкций о переводе ЦП впоследствии каждой операцией, один сами переводы ЦП вследствие продавца к покупателю осуществляются едва в конце цикла, если происходит и перевод денег для условиях «нетто».

Модель 3 заключается в том, сколько инструкции о переводе ЦП и денег передают для основе информации «нетто» (то есть с учетом возможных контрсоглашений, которые сокращают величина переводов), а конечные переводы осуществляются в конце цикла.

С учетом предусмотренных указанными моделями стандартных требований дело клиринга и расчетов впоследствии операциями из ЦП выглядит следующим чином.

Достижение соглашения о покупке-продажу, которое можно исполнять для биржах если в электронных внебиржевых системах торговли.

Сравнение информации о цене, объеме соглашения, сроки и тому подобное, которую получают отдельно вследствие покупателя и продавца (trade matching or comparison).

Если стороны соглашения действуют вследствие имени и сообразно поручению своих клиентов, то прежде надо получить вследствие них повторение относительно деталей соглашения (trade confirmation).

По получении подтверждения и позитивных результатов сравнения информации проводят клиринг (clearance), то есть дело подсчета взаимных обязательств участников соглашения, которое сопровождается многократно двусторонним если многосторонним зачетом (netting).

После этого участники соглашения сообразно готовят инструкции о переводе ЦП и денег. Перевод денег осуществляют вследствие уполномоченные банки, а ценных бумаг – вследствие физического перемещения самих ЦП если сертификатов, если же с вследствие записей для счетах клиентов (охранников) в центральных депозитариях ценных бумаг (ЦДЦП) (central securities depositories Csds), которые осуществили беспричинно называемую «дематериализацию» (dematerialisation) ЦП.

Определена громоздкость используемых систем расчетов приводит к тому, сколько во многих европейских странах, будто и в США, прежде сих пор расчеты впоследствии приобретенные ценные бумаги завершаются едва для третий день вследствие момента заключения соглашения (Т 3). Поэтому в выступка нескольких последних лет одно из главных заданий центральных депозитариев – это ускорение расчетов со снабжением ЦП, а не платежу (delivery versus payment). Решение этой проблемы становится весь более актуальным в меру интернационализации и глобализации операций с ценными бумагами, ведь, сообразно оценке экспертов, возле 15% трансграничных (cross-border) соглашений из ЦП не заключают из-за невыполнения своих обязательств одной из сторон.

Длительное сезон европейский базар устраивало то, сколько внутренние расчеты впоследствии операциями с ценными бумагами обеспечивали наипаче национальные центральные депозитарии, а для международном уровне – Люксембургский клиринговый банк Cedel International и Бельгийская клиринговая коалиция Euroclear.

Европейский клиринговый дом Clearstream, созданный с вследствие объединения в 1999 г. Cedel International и расчетно-клиринговой структуры фондовой биржи во Франкфурте Deutsche Borse Clearing, был инициирующим дело серьезных структурных изменений. Брюссельский Euroclear пытается ответить для клич конкурентам установлениям крепких технологических связей с наибольшими национальными центральными депозитариями ценных бумаг (ЦДЦП), первым из которых стал французский Sicovam. Однако они даже не пытаются создать общую площадку. Хотя Euroclear создает новую площадку CREATION для торговли немецкими акциями (планируя завершить эту работу прежде 2002 г.). Масштабность замыслов относительно консолидации кое-что пугает евроскептиков, аргументы которых сводятся наипаче к тому, сколько если даже произведение одной международной площадки требует столько времен, то можно представить, сколько его надо для реального объединения с Люксембургским международным депозитарием, с Франкфуртской биржей и со многими другими организаторами фондовой торговли в Европе. На это объединители отвечают крайне просто: «Сложность задания – это слабодушный критика для того, воеже всеобщий ничего не делать»[14].

В то же сезон их британские коллеги, которые обслуживают Лондонскую фондовую биржу (компания Crest), делают ставку для установление корреспондентских отношений между независимыми ЦДЦП (по принципу межбанковских отношений), сколько создаст клиентам одной системы мочь свободного доступа к системе всякий видоизмененный европейской страны (что принадлежит к этой системе). Единственного приемлемого решения временно вдругорядь нет. Есть едва общее критика того, сколько Европа не нуждается в таком количестве фондовых бирж и центральных депозитариев. На этом фоне весь больше ощутимое желание центральных депозитариев некоторых стран трансформироваться в международные ЦДЦП, воеже можно достичь вследствие расширения международных услуг с вследствие взаимных корреспондентских связей, создания международных центров расчетов (hubs «ступица», к которым будто спицы в колесе сходятся линии осуществления расчетов), слияния и осуществления операций, которые были прежде монополизированы международными ЦДЦП (например, копия ценных бумаг).

Очевидно, сколько последующее международное примирение сомнительно ли можно продлить без поддержки процесса рыночной консолидации для местном уровне. Во Франкфурте первая биржа (валютная) появилась у 1585 г., и ему понадобилось вдругорядь четыреста лет для того, воеже случаться финансовым центром Германии, с которым и в действительный момент успешно конкурируют биржи Дюссельдорфа, Гамбурга, Мюнхена и Штутгарта. Очевидно консолидация Немецкой биржи с другими структурами для общеевропейском уровне не принесет желаемого эффекта, если не довольно решено «внутринимецке вопрос». В этом направлении уже начали развиваться события в некоторых других европейских странах. Да, в Бельгии тамошний центральный депозитарий BXC-CIK объединился с расположенным в Брюсселе международным депозитарием Euroclear. В Испании объединились две наибольших (среди шести существующих в стране) платежных системы. В Италии депозитарий Monte Titoli, запустив в конце прошлого возраст свою расчетную систему EXPRESS DVP RTGS, в настоящее сезон берет для себя вследствие Банка Италии обязанности управления расчетно-клиринговой системой впоследствии операциями с правительственными облигациями. В Великобритании к аналогичному результату приводит поглощение депозитарием корпоративных ценных бумаг (Crest) специализированного центрального депозитария из правительственных долговых обязательств – Central Gilts Office (CGO).

Вместе с этим, дело консолидации не кажется ни дешевым, ни всеобщий однозначно позитивным даже его участникам. Руководитель Лондонского депозитария Crest, хорошо обыкновенный и почитать в деловых кругах Я. Савиль (Ian Saville), отмечает, сколько базар весь же обеспечивает лучшие и долговременные результаты, чем политика дирижизму, так, к тому же вдругорядь и более дешево. Кроме этого, сообразно его мнению, гарантом хорошей цены услуг расчетно-клиринговых систем является не их консолидация, а конкуренция. Обсуждение проектов слияния отвлекает ЦДЦП вследствие решения таких актуальных вопросов, будто убавление сроков расчета, удешевления международных операций, улучшения доверительных услуг (получение дивидендов, голосования сообразно доверенности и тому подобное). Отмечая, сколько он не является «теологическим оппонентом» идеи консолидации, Я. Савиль весь же обращает забота для то, сколько бесконечное примирение может превратиться в «запланированное свертывание своей деятельности» европейской расчетно-клиринговой инфра­структури[15]. Относительно бесконечного слияния, то о его опасности говорить временно вдругорядь рано, поскольку в действительности дело едва начинается, и будто изменится желание в будущем – временно никому не известный. Больше переживаний вызывает, конечно, будущий слияния в будущем Crest и Clearstream, предопределенная объединением Лондонской и Франкфуртской фондовых бирж, которые обслуживают эти системы. Предусматривают, сколько основа их общего функционирования – это концепция ЦКА: клиенты Crest будут исполнять расчеты впоследствии всеми торговыми операциями для объединенной бирже вследствие ЦКА, расположенному в Лондоне, а клиенты Clearstrem сообразно вследствие видоизмененный ЦКА во Франкфурте. В настоящее сезон обе платежных системы заняты созданием упомянутых центральных контрагентов: Crest осуществляет подходящий намерение вместе с Лондонской клиринговой палатой, а Clearstream сотрудничает из Eurex– общим швейцарско-немецким пидприемст­вом. В швейцарском направлении зориенто­ваний и Лондонский ЦКА: Crest (правда, вместе с теми же Euroclear и Лондонской клиринговой палатой) активно сотрудничает с швейцарской клиринговой системой SIS SEGAINTERSETTLE относительно создания центрального контрагента для VIRT-X, общей торговой площадки, созданной Швейцарской фондовой биржей и компанией Tradepoint. Учитывая это, можно предусмотреть, сколько настоящая причиной для беспокойства не именно слияния, а карьера и занятие современных расчетно-клиринговых систем в новой структуре. Лондонский ЦКА его творцы рассматривают будто универсальную модель, которая осуществляет платежи в режиме реального времени (real-time gross settlement RTGS). Crest руководство видит более пригодным для предоставления кредитов из трансатлантических операций и управления залогами. Вообще Я. Савиль сомневается в популярности между будущих клиентов системы услуг Clearstream Banking, потому сколько клиенты будут заключать мочь выбрать банк для получения кредитов, управления потоками денег, заимствования ценных бумаг и быстрее отдадут право какому-то известному инвестиционному банку, расположенному в Лондоне. Дополнительные трудности могут возникнуть из-за того, сколько Великобритания временно воздерживается вследствие присоединения к Европейскому валютному союзу, а следовательно, новой структуре придется все-таки гарантировать знакомство счетов не один в евро, один и в фунтах стерлингов (в чем опять-таки видят свое право британские партнеры).

К началу последних структурных изменений в Западной Европе были возле тридцати национальных и международных ЦДЦП. Работа с каждым из них требовала вследствие пользователей установить отдельную линию информационно технологической связи (IT links). Клиринг и расчеты впоследствии операциями с ценными бумагами занимают возле 90% вследствие стоимости такой операции, если ее участники находятся для разных сторонах «прозрачных» границ внутри Европы. И, конечно, для уменьшении подобных расходов сосредоточено значительное внимание. Значительное убавление инвестиционных и операционных расходов провозглашено будто одно из главных заданий последующей консолидации. Об этом отметили в своем заявлении неестественный основных принципах (Statement of Key Principles) в созданном в 1998 г. Европейском фондовом форуме (European Security Forum) представители 24 ведущих мировых инвестиционных учреждений. Реальность такого задания подтверждают и практики. Да, вожак Clearstream International Андре Лузе (Andre Lussi) искренний заявляет: «Мы уверены в потому, сколько последующая консолидация внутри индустрии осуществления расчетов ведет к гораздо большей экономии средств»[16]. Уменьшение расходов – это весомый критика в выборе европейской модели расчетно-клиринговой системы фондового рынка. За расчетами экспертов Price Waterhouse (сделанными вдругорядь в 1994 г.), затраты для действие платежей из торговой операции с немецкими акциями вследствие субкастодиальний банк и национальные ЦДЦП в 50 единожды больше, чем из аналогичной внутринациональной операции, и в 8 единожды больше, чем быть расчетах вследствие Euroclear. Комплексный деление совокупности всех услуг показывает, сколько такса расчетов вследствие европейские национальные ЦДЦП стоит не дороже, чем вследствие американскую расчетно-депозитарную систему Depository Trust & Clearing Company – DTCC (какая выполняет функции, которые можно сравнить с тем, сколько в Европе делают международные центральные депозитарии, – МЦДЦП) Поэтому расходы для оплату услуг двух международных депозитариев более чем в два разы превышают оплату услуг 15 европейских ЦДЦП. Такое соответствие совершенно не странно, если учесть, сколько операционные расходы впоследствии оценками экспертов для одну трансакцию здесь в семь единожды превышают расходы у их американского конкурента и в девять единожды внимательный показатель для европейских ЦДЦП[18]. Значительно больше может таиться эта разница в случае создания единственного Европейского центрального депозитария, о необходимости которого весь громче заявляет Европейский фондовый форум.

Но важнейшей является вопрос создания единственного общеевропейского центрального контрагента (а single European CCP). Дело в том, сколько фрагментирована западноевропейская расчетно-клиринговая доктрина крайне перенапряженная. Поэтому надо безотлагательно уменьшить лишние финансовые потоки и решаться избежать системного кризиса. Много регулятивных организаций создают в действительный момент специальные рабочие группы для изучения этих проблем. Европейские правительства выступают впоследствии произведение паневропейского рынка капиталов, установив в плане развития финансовых услуг в ЕС (Eu’s Financial Services Action Plan) срок (в 2005 г.) для устранения всех регуляторных барьеров для пути к этой цели. Кратчайший система к этому – в создании единственного общеевропейского ЦКА. Дело в том, сколько реальным преимуществом для клиентов может таиться едва убавление расходов для клиринг, а этого можно достичь едва в случае использования ЦКА, какой довольно функционировать будто посредник и «клиринговый дом» между покупателем и продавцом. При таком подходе объединения торговые площадок довольно дополнительным элементом реформы, которая дает мочь завершить дублирование инвестиционных операций, а также операционных и администра­тивних расходов.

Еще 6 декабря в 2000 г. Европейский фондовый форум опубликовал намерение создания такой организации. Проект призывал к немедленным шагам относительно создания единственного общеевропейского ЦКА, какой довольно передавать клирингово расчетные услуги для европейскому рынку капитала, предусматривая, сколько впоследствии основу будут взяты такие принципы: рынок «оптовых» операций с капиталом концентрирует весь расчеты, включая клиринг и зачеты (netting) в одном учреждении, которое полагается обеспечить значительную экономию административных расходов; пользователи будут заключать большинство в правах собственности и управлении такой структурой; тарифы для услуги такой структуры будут отображать себестоимость услуг.

Проект предусматривает приоритетность создания такого ЦКА для обслуживания рынка корпоративных акций, один в дальнейшем он вынужден овладевать своими услугами операции со всеми ценными бумагами и их производными. В 1975 г. Комиссия США сообразно ценным бумагам провела соответствующие исследования, которые подтвердили, сколько консолидация семи клиринговых палат, которые тогда были, в одну единственную дает мочь надеяться для экономию более чем 60% расходов. За экспертными оценками, для Европы такая бережливость может быть возле 1 млрд. евро в год.

Сокращение расходов и объемов расчетных операций (за счет избежания их дублирования) – это не единственные преимущества, которых ожидают вследствие создания единственного ЦКА. Много миллионов можно сэкономить впоследствии счет уменьшения капитального риска в результате беспричинно называемого «портфельного эффекта». Дело в том, сколько клиринговые палаццо стягивают маржу и берут залог вследствие участников расчетов для того, воеже покрыть опасность невыполнения ими своих обязательств из платежа (дефолта default). Поэтому фрагментируемая расчетно-клиринговая складка приводит и к фрагментации залоговых пакетов (в каждому финансовому инструменту и каждой стране), а их концентрация у одного центрального контрагента гораздо повысит эффективность их использования.

Успешное развитие загальноевро­пейсь­кого ЦКА нуждается в обеспечении прихода операций из фондовых бирж, а следовательно, взаимопонимания и сотрудничества с последними. Кроме этого, в настоящее сезон не имеет общеевропейский регуляторный порядок для клиринговых палат (на склонение, например, вследствие банков если инвестиционных компаний), и сомнительно ли без него сможет быть беспримерный ЦКА. Конечно, операционные компании торговых площадок являются владельцами (или совладельцами) расчетно-клиринговых структур, сколько создает для них мочь получения дополнительной прибыли с вследствие искусственного завышения цен для их услуги (поскольку они занимают для рынке монопольное положение). Европейский фондовый форум выступает впоследствии то, воеже беспримерный ЦКА был собственностью его пользователей. Критика же такого подхода аргументирует свою точку зрения тем, сколько подобные структуры многократно неконкурентоспособны и теряют побуждение для инноваций. Такая образование довольно монополией, которая довольно определять постоянные сетования рыночной среды, и ЕФФ останется едва верить для то, сколько потенциальные преимущества заставят участников рынка опомниться с таким положением. Такой мысли, в частности, придерживаются П. Кент (Pen Kent) и Д. Фокс (Darren Fox) из Европейского фондового форума. Хоть очевидно, сколько монополизация означает не один мочь ценовых если других злоупотреблений, один и недопустимую концентрацию риска в одном месте. Поэтому дан вопрос сомнительно ли можно вменять закрытым.

Идея ЦКА была удачно испытана в США, где вдругорядь из 1976 г. для местного центрального депозитарию депозитарно-трастовой компании (Depository Trust COMPANY-DTC) функции ЦКА выполняла Национальная коалиция клиринга ценных бумаг (National Securities Clearing CORPORATION-NSCC). Эта коалиция создана в свое сезон вследствие объединения трех региональных ЦКА и в настоящее сезон является наибольшей в мире из обслуживания корпоративных акций. Опосредствовано она занимает весомые позиции и в сфере обслуживание операций с другими ценными бумагами, потому сколько является владельцем больших пакетов акций других ЦКА: 24% – в Правительственной корпорации клиринга ценных бумаг (Government Securities Clearing Corporation), какой обслуживает базар правительственных облигаций; 14% – в Корпорации клиринга ценных бумаг рынков (Emerging Markets Clearing Corporation), которые развиваются, созданной для операций с «облигациями Бреди» (Brady bonds), а также 10% – в Корпорации клиринга ипотечных ценных бумаг (MBS Clearing Corporation). В 1999 г. Корпорация объединилась с депозитарно-трастовой компанией (в депозитарно-трастовую и клиринговую корпорацию – Depository Trust & Clearing Corporation) и уже в ноябре начала показывать барыш к европейскому рынку, создав всеобщий с Euroclear и Лондонской клиринговой палатой Европейскую корпорацию клиринга ценных бумаг (European Securities Clearing Corporation ESCC), какой предоставляет услуги ЦКА для рынке европейских правительственных бумаг. Поэтому есть весь основания считать, сколько американцы, которые обслуживают клиентов, которые осуществляют операции сообразно всему свету, не остановятся для этом, а попробуют глобализовать функции ЦКА, например, создав клиринговую палату для других ЦКА, если повторить операцию из создания совместного предприятия с другими ЦКА, один уже для всемирном уровне.

Таким образом, резюмируя короткий обзор новейших тенденций для фондовом рынке Европы, можно определить важнейшие из них: сек’юретизация (securitisation) финансовых операций с акцентом для развитие корпоративных финансовых инструментов (прежде всего, акций и их производных); активизация участия европейских финан­сових институтов в глобальных операциях (в значительной мере перед воздействием американских конкурентов); интеграция фондового рынка стран Европы (не один в пределах ЕС) и, будто результат, межгосударственная консолидация институтов инфраструктуры фондового рынка; комерционализация принципов деятельности организаторов фондовой торговли; сегментация европейского фондового рынка, какой усиливается впоследствии счет появления большого количества новых национальных рынков, которые, стремясь интегрировать в общеевропейское экономическое пространство, для данном этапе вынужденные определять проблемы своего становления, почему и рискуют гораздо приставать (количественно и качественно) вследствие группы стран-лидеров.

Без всякого сомнения, европейский фондовый базар переживает своей «звездное время», а результаты трансформаций, которые возникают могут для неизвестный годы будущий определить его будущее.

Схема 1. Система европейских фондовых бирж.

Источник: Financial Times, 26.01.01., Europe reinvented. Separate section., pp.8–9.

Лондон и Франкфурт для финансовом рынке Европы (млрд. евро)

Лондон

Франкфурт

Рыночная такса акций местных компаний, которые котируются 2.300,0 1.000,0 Рыночная такса акций международных компаний, которые котируются 4.400,0 31,0

Рыночная такса молодых компаний, которые растут 7,0 38,0

Стоимость акций, которые находятся в управлении институционных инвесторов 1.600,0 307,0

Размер рынка национальных правительственных облигаций 443,0 732,0

Размер рынка международных облигаций 3,200,0 317,0

Размер рынка ежедневных валютных оборотов 637,0 94,0

Размер международного банковского кредитования 1.800,0 708,0

Номинальный величина ежедневного оборота деривативив 339,0 174,0

Количество контрактов с деривативами, которые заключаются каждый день 520.213 1.500.000 Активы банковского сектору (в процентах к ВНП) 128% 145%

Количество представленных иностранных банков 555 280

Численность персонала, занятого в финансовом секторе 1000.000 175.000

Источник: Institutional Investor, May 1999, г. 37.

[1]Financial Times, May 1, 2001, г. 9.

[2]Financial Times, Jan. 20, 2000 p.23.

[3]Финансовые Времена, 28 января, 2000, ФУТОВЫЙ Обзор, p. Я.

[4]Финансовые Времена, 26 января, 2001, Европа reinvented. Секция., p. 12.

[5]Там же.

[6]Финансовые Времена, 28 июней, 2000, ФУТОВЫЙ Обзор, p. II.

[7]Финансовые Времена, 16 февраля, 2001., p. 2.

[8]Финансовые Времена, 26. 2001 января, Европа reinvented. Отдельная секция, p. 8.

[9]Финансовые Времена, 28 июня, 2000, ФУТ Обзор, p. II.

[10]Установленный Инвестор, 2000 мая, p. 37

[11]Там же, p. 35.

[12]Там же., p. 39.

[13]Евроденьги, 2000 февраля, p. 125.

[14]Глобальный Сторож/Зима 2000, p. 125.

[15]Там же., p.68.

[16]Там же., p.66.

[17]Там же., p.74.

[18]Там же., p.72.